Дублизад, ,
Рвун Чехлов, ,
Н. Мехолковь, ,
Мебиус, ,
Норотон, ,
Н.Конб-чаловскин, ,
вопроэ, ,
Хуедрыга, ,
Кукич, ,
Пидармот, ,
Хроник, ,
тенепопятам, ,
Дублизад, ,
хелл, ,
‎, ,
‎, ,
▲▲
Мебиус, ,
Шарфан, ,
где апрувы?
Рвун Чехлов, ,
Мантовар, ,
Демосвинон, ,
Мантовар, ,
Н.Конб-чаловскин, ,
Дублизад, ,
сбюфемхел, ,
Я не Света, я Наташа.
дидакт, ,
Жирокожа, ,
Басист, ,
{, ,
Президент США Уильям Мак-Кинли подвергся покушению 6.9.1901, находясь в Буффало. Мак-Кинли, увидев чем-то расстроенного человека, подошел к нему, чтобы как-то приободрить. В ответ получил два выстрела из револьвера. Президент умер спустя 2 недели. Убийца — Леон Жолгош, польский анархист, был казнен на электрическом стуле 29.10.1901.
США
Мебиус, ,
На печальных щщах, польский анархист
Анти-сан, ,
Бздышек Еблонский, ,
Демосвинон, ,
Дублизад, ,
Подъячий, ,
Фу Боян, ,
Мантовар, ,
Мебиус, ,
Мебиус, ,
Дублизад, ,
сбюфемхел, ,
Теперь все знают как опасно глотать камни.
Один даже мой знакомый сочинил такое выражение: «Кавео», что значит: «Камни внутрь опасно». И хорошо сделал. «Кавео» легко запомнить и как потребуется, так и вспомнишь сразу.
А служил этот мой знакомый истопником на паровозе. То по северной ветви ездил, а то в Москву. Звали его Николай Иванович Серпухов, а курил он папиросы «Ракета», 35 коп. коробка, и всегда говорил, что от них он меньше кашлем страдает, а от пятирублёвых, говорит, я всегда задыхаюсь.
И вот случилось однажды Николаю Ивановичу попасть в Европейскую гостиницу, в ресторан. Сидит Николай Иванович за столиком, а за соседним иностранцы сидят и яблоки жрут.
Вот тут-то Николай Иванович и сказал себе: «Интересно, – сказал себе Николай Иванович, – как человек устроен».
Только это он себе сказал, откуда ни возьмись, появляется перед ним фея и говорит:
– Чего тебе, добрый человек, нужно?
Ну конечно в ресторане происходит движение, откуда, мол, эта неизвестная дамочка возникла. Иностранцы так даже и яблоки жрать перестали.
Николай-то Иванович и сам не на шутку струхнул и говорит просто так, чтобы только отвязаться:
– Извините, – говорит, – особого такого ничего мне не требуется.
– Нет, – говорит неизвестная дамочка. – Я, – говорит, – что называется, фея. Одним моментом, что угодно, смастерю.
Только видит Николай Иванович, что какой-то гражданин в серой паре внимательно к их разговору прислушивается. А в открытые двери метрдотель бежит, а за ним ещё какой-то субъект с папироской во рту.
– Что за черт! – думает Николай Иванович, – неизвестно, что получается.
А оно и действительно неизвестно, что получается. Метрдотель по столам скачет, иностранцы ковры в трубочку закатывают и вообще черт его знает! кто во что горазд!
Выбежал Николай Иванович на улицу, даже шапку в раздевалке из хранения не взял, выбежал на улицу Лассаля и сказал себе: «Кавео! Камни внутрь опасно! И чего-чего только на свете не бывает!»
А придя домой, Николай Иванович так сказал жене своей: «Не пугайтесь, Екатерина Петровна, и не волнуйтесь. Только нет в мире никакого равновесия. И ошибка-то всего на какие-нибудь полтора килограмма на всю вселенную, а всё же удивительно, Екатерина Петровна, совершенно удивительно!»
Всё
Дублизад, ,
Бангл, ,
тенепопятам, ,
Отметиться